Как выбрать пару для получение здорового потомства?

harizmaДо сих пор говорилось о том, на какие человеческие черты следует обращать особое внимание, чтобы брак был счастливым. Теперь я хотел бы рассказать о том, как ориентировать выбор супружеской пары на улучшение наследственности.

Сначала следует назвать изученные болезни и наследственные недостатки, дальнейшей передачи которых по наследству нужно по возможности избегать. Но это был бы очень длинный перечень, особенно если к нему добавить ещё и описание способа передачи по наследству. Поэтому я сошлюсь лишь на основную литературу:

Гротьян. «Гигиена человеческого размножения». 1926.

Барон фон Фершюр. «Наследственная патология». 1934.

Баур-Фишер-Ленц. «Учение о человеческой наследственности и расовая гигиена».

Макс Фишер. «Наследственность психических заболеваний».

  1. Эрнст Рюдин. «Учение о наследственности и расовая гигиена в национальном государстве. Сборник статей разных авторов».
  2. Иоганнес Шоттки. «Брак и болезни». 1940.

Закон о здоровом браке от октября 1935 г. запрещает вступление в брак людям, страдающим каким-либо из перечисленных в этом законе тяжёлых наследственных заболеваний. Но речь в нем идёт лишь о явно больных людях, а не о внешне кажущихся здоровыми носителях наследственных заболеваний.

Как избежать брака с наследственно неполноценными людьми

При выборе супружеской пары следует избегать не только людей, о наследственной неполноценности которых говорит уже их внешность, но в определённых случаях также их братьев и сестер, которые внешне кажутся здоровыми. Это, например, братья и сестры слабоумных, братья, сестры и дети эпилептиков, шизофреников и лиц, страдающих маниакально-депрессивным психозом. Избегать нужно также психопатов всех типов, истериков, кретинов, слепых и глухих от рождения (но не тех, кто стал слепым или глухим из-за заразной болезни или несчастного случая). Внешне здоровые братья, сестры и дети наследственно неполноценных людей могут вступать лишь в такие браки, которые будут бездетными. Какие наследственные болезни исключают брак, зависит от требований к будущему потомству.

Одним из таких требований как к мужскому, так и к женскому потомству непременно должен быть ум. Мы видим, что мужчины довольствуются низким умственным уровнем своих будущих жён, а женщины — своих будущих мужей, и требования к умственному уровню в западных странах всё ниже. С конца XIX века в школах стали перетаскивать двоечников из класса в класс, облегчать задания, и всё это подкреплялось мнением, что важен не ум — важна пригодность к той или иной работе, важна «добросовестность». Но уже раздаются протесты: «Мы должны, наконец, избавиться от непомерного восхваления добросовестности и недооценки воли и знания». Мало одарённых, глупых и духовно ограниченных людей следует в любом случае избегать при выборе супружеской пары. Целью отбора должен быть не просто «приличный», а компетентный и безупречный человек. Браков с мало одарёнными и духовно ограниченными, хотя и «приличными» людьми следует избегать ещё и потому, что такие люди могут быть носителями предрасположенности к слабоумию. А в западных странах и так уже очень много дураков. По оценке Гротьяна, среди немецкого народа треть физически и духовно неполноценных людей.

Оценка наследственности семьи и отдельной личности

Я хочу рассказать о ряде факторов, затрудняющих «прогноз наследственности».

Никогда не удаётся получить полную картину наследственности семьи, с которой человек желает породниться. Доминантные признаки налицо, а рецессивные можно узнать только после обстоятельного знакомства с историей семьи, да и то не всегда. Процесс передачи по наследству физического недостатка или болезни часто бывает настолько запутанным, что нельзя сделать чистый (менделевский) прогноз наследственности, исходя из истории семьи и её побочных ветвей. Соотношения, достаточно ясные в животном мире, у людей нельзя проследить, так как у них временной промежуток между поколениями гораздо больше. И потомков у одной пары людей недостаточно для того, чтобы определить весь круг наследственных задатков. Его оценка возможна только, начиная с четвёртого ребенка. Кроме того, людей нельзя спаривать в экспериментальных целях. У людей всегда приходится принимать во внимание скрещивание с неизвестными или мало известными линиями.

Эрнст Рюдин надеется, что эти трудности будут преодолены. Его ход мыслей таков: Недостаточно знать, каким образом наследуется болезнь. Нужно также знать, какой «пробивной силой» обладает предрасположенность к этой болезни сравнительно с другими наследственными задатками и влияниями среды, которые могут оказывать как стимулирующее, так и тормозящее воздействие. Обычно родители с одинаковой доминантной предрасположенностью к болезни могут иметь только больных детей, но другие задатки и влияния среды могут изменить картину.

Но если только один из родителей является носителем предрасположенности к болезни, то расчёт вероятности появления болезненных черт у детей затруднён или даже невозможен, даже если известна «пробивная сила» этой предрасположенности. Он возможен лишь в том случае, если внешне здоровый родитель сам происходит от таких же больных. В этом случае, «здоровый» родитель — только внешне здоровый, гетерозиготный человек, отсюда прогноз:     больных, … «здоровых» детей, часть которых снова будет носителями предрасположенности к болезни.

Если один из родителей болен, а другой внешне здоров, но о заболеваниях в его роду ничего не известно, нельзя сказать, идёт ли речь о настоящем, гомозиготном здоровье или о гетерозиготном здоровье в кавычках. В таких случаях прогноз наследственности с менделевской точки зрения невозможен.

Возможности прогноза были бы лучше, если бы носителей гетерозиготно-рецессивных задатков можно было распознать по внешним признакам так же, как носителей гомозиготно-рецессивных задатков. Но это до сих пор было возможно лишь в случаях неполной рецессивности, а таких случаев мало. Распознание гетерозиготности — до сих пор не решенная задача.

Из-за этих и других трудностей, которые постоянно возникают из-за того, что неизвестен в полной мере генофонд семьи и отдельного человека, наука пошла не по менделевскому пути, а по пути статистического анализа наследственности. Этот путь был предложен еще Гальтоном. Изучается частота заболевания в кругу родителей человека, его братьев и сестер и дальних родственников. Рассчитывается, сколько больных потомков было у больных и здоровых родителей, сколько у одного здорового и одного больного, как часто близкие или дальние родственники болели одной и той же болезнью и т.д. При этом всегда нужно учитывать частоту предрасположенности к данной болезни в конкретном народе и частоту браков между родственниками в нём. Если оставить эти вещи без внимания, то при статистическом анализе можно придти к неверным выводам. С его помощью всегда можно определить только вероятность заболевания в процентах. Этим путём нельзя определить законы наследования признаков, а только правила для определенного круга супружеских пар. В Англии изучение наследственности долго страдало от того, что учёные вслед за Гальтоном шли статистическим путем, тогда как в США и Германии — по пути Менделя и Вейсмана. В будущем необходимо использовать оба метода.

Прогноз наследственности затруднён ещё и тем, что болезненные задатки могут возникнуть снова в результате мутаций и идиовариаций.

Оценка средней наследственной ценности семьи

Для преодоления этих трудностей, которые не позволяют точно сказать, кто из членов семьи может быть носителем неполноценных задатков, а кто нет, рекомендуется при выборе супружеской пары обращать внимание на семьи, которые и в своих побочных ветвях не имеют дефектов. В любом случае нужно попытаться оценить среднюю наследственную ценность семьи, сначала родителей и детей вместе, потом родителей, детей и побочных родственников, причём последние не имеют такого значения, как родители и дети. Попноу рекомендует в таких случаях обращать внимание на здоровье и долголетие, на силу воли, энергичность, приспособляемость и самообладание. При этом не следует переоценивать значение одного знаменитого имени среди предков.

Обычно человек, который внешне выделяется из своей семьи, по своей наследственности ближе к её среднему уровню. Арабская пословица гласит: «Ты можешь жениться на некрасивой девушке, если она единственный некрасивый человек в своей семье», а норвежская: «Никогда не женись на девушке, если она единственный красивый человек в своей семье». Так что нужно всегда различать генотип и фенотип, поэтому так важна средняя наследственная ценность семьи. Могут различаться также фенотип и генотип двух внешне равноценных людей. Об этом писал Гальтон:из двух одинаково способных молодых людей, из которых один происходит из семьи здоровых долгожителей, а другой — из семьи менее здоровых и недолговечных людей, государство для замещения должности должно выбрать первого. Такой же совет можно дать и при выборе супружеской пары. Гальтон приводит и такой пример: из двух равноценных людей один происходит из талантливой семьи, а другой в своей является исключением. Такие отклонения фенотипа от генотипа всегда возможны.

Рекомендуется также вступать в брак с человеком из многодетной семьи, потому что ценность только такой семьи можно оценить. Единственный ребенок или два ребенка могут быть как лучшими, так и худшими представителями своей семьи. Б. Франклин советовал искать себе жену среди кучи сестёр.

Многодетность свидетельствует о жизнерадостности родителей. Среди британских чиновников в Индии лучше всего проявили себя выходцы из многодетных семей. В низших слоях многодетность свидетельствует о беззаботности родителей, о недостатке у них предусмотрительности и о паразитической надежде на помощь государства.

Как правило, наследственное сходство больше между матерями и дочерьми, чем между отцами и сыновьями, и больше между отцами и дочерьми, чем между отцами и сыновьями. Если взять сходство между отцами и сыновьями за 100, то сходство между матерями и дочерьми будет равно 170, между матерями и сыновьями 130, между отцами и дочерьми 112. Это связано с тем, что у матери и дочери всегда бывает общей одна из двух у-хромосом, которые у женщин всегда парны. Поэтому у них одинаковые задатки. У отцов же никогда не бывает общих с сыновьями х-хромосом и соответственно общих задатков. Зато матери с сыновьями и отцы с дочерьми могут иметь общие половые хромосомы. И по этой причине молодой человек должен обращать внимание на мать девушки, в которую влюблён.

Брак с наследницами

Гальтон предостерегает от брака с наследницами, единственными дочерьми или единственными оставшимися в живых после ранней смерти братьев и сестер дочерьми из богатых семей. Он насчитал в 17 случаях таких браков 16 бездетных. Возможно, это результат наследственно обусловленной неспособности к деторождению или наследственно обусловленного угасания семьи.

Браки между родственниками

О таких браках и связанных с ними опасностях говорилось в моей книге «Формы и происхождение брака» (1940). Браки между родственниками не рекомендуются в тех случаях, когда предполагается, что оба желающих вступить в брак унаследовали от одних и тех же предков одни и те же рецессивные болезненные задатки. При этом следует помнить, что рецессивные задатки, как хорошие, так и плохие, действующие в одном направлении, могут сойтись и в браке двух людей, не состоящих в родстве друг с другом, и оказать положительное или отрицательное воздействие, просто по законам вероятности такое схождение одинаковых рецессивных задатков в браках между родственниками встречается чаще. Но, поскольку составить полное представление о генофонде семьи удается очень редко, к плану брака между родственниками обычно следует относиться с осторожностью, если только с обеих сторон не засвидетельствованы предки с безупречными свойствами.

Если мы узнаём, что в какой-то группе населения часты браки между родственниками, но никакого вреда от этого не наблюдается, то возможны два объяснения. 1) Предки семей, связанных такими браками, отличались необыкновенно здоровой наследственностью, 2) В группе таких семей вследствие браков такого рода на протяжении ряда поколений тоже проявлялись рецессивные болезненные признаки, но они потом устранялись. У многих первобытных народов, у которых неполноценных детей уничтожают сразу после рождения или они, став взрослыми, не вступают в брак, и у которых нет «социальной помощи», способствующей сохранению и умножению неполноценных элементов, именно браки между родственниками, неизбежные в небольших племенах и изолированных местностях, способствуют улучшению наследственности.

Хорошие качества населения, несмотря на частоту браков между родственниками, показал Вуазен (1865) на примере общины, живущей на одном полуострове на р. Луара, Бюхнер (1892) — не примере общины Схокланд на Зёйдерзее (Голландия), Хат (1875) — на примере семей шотландских рыбаков. Как умножение неполноценных задатков, так и улучшение наследственности в результате браков между родственниками объясняется законами наследственности. Все дело в качестве материала. Но отрицательный результат всё же бывает чаще, поэтому народная поговорка предрекает родственникам, вступающим в брак, раннюю смерть без наследников. Лёнер против браков между родственниками при современном состоянии народов Европы, «потому что у людей, как у одомашненной формы с невероятно широко распространенными рецессивно-патологическими задатками, от таких браков скорее можно ожидать вреда, чем пользы. К тому же непременная предпосылка положительного результата — истребление неполноценных особей, на что человеческое общество пойти не может». И законы Германского Рейха этого не предусматривают: стерилизация применяется лишь в самых безнадежных случаях.

Попноу допускает возможность браков между родственниками для благополучных семей. Я при современном состоянии народов Европы вообще бы их не рекомендовал, за исключением тех случаев, когда основательное изучение родословной не позволяет сомневаться в отменных наследственных качествах семьи.

В Германии число браков между кровными родственниками в последние десятилетия снижается. Это связано с урбанизацией. В Пруссии в 1910 г. на 1000 заключенных браков приходилось 4,2 брака между родственниками, в 1924 г. — всего 2,5. Из них 9/10 — браки между двоюродными братьями и сестрами.

Следует отметить, что мнение, которое распространяли в XIX веке либералы, марксисты и еврейские журналисты, будто браки между родственниками всегда ведут к вырождению, несостоятельно. В этом случае должны были бы уже выродиться почти все княжеские дома и почти вся аристократия. Евреи обычно добавляют к этому учению, что в той же мере, в какой вредны браки между родственниками, полезно скрещивание, особенно межрасовое. Поэтому благородным семьям рекомендуется родниться с еврейскими. Но, оказывается, талантливые люди рождаются именно от браков между родственниками. Даже браки между братьями и сестрами в семьях фараонов, отдельных родах персидской знати в эпоху Ахеменидов, македонских Птолемеев и правящего дома инков в древнем Перу не привели к вырождению.

Следует предостерегать от брака представителей двух семей с одинаковыми небольшими доминантными и рецессивными (которые трудней обнаружить) недостатками независимо от того, состоят эти семьи в родстве или нет. Если же речь идёт о серьёзных наследственных недостатках, то члены этих семей могут вступать в брак лишь при условии, что этот брак будет бездетным.

Наблюдения психоаналитиков за браками между родственниками показывают, что к таким бракам склонны слабые, трусливые мужчины, которые боятся приближаться к чужой девушке, а также мужчины с гомосексуальными наклонностями.

Браков по таким причинам следует избегать. Говорят, от браков между родственниками рождается сравнительно много людей, остающихся холостыми. Я не знаю, но потомки вышеупомянутых трусливых мужчин могут унаследовать от отцов трусость и откажутся поэтому от брака.

Предотвращение брачного родства наследственно

здоровых семей с наследственно больными людьми

Я уже сказал, что людям с небольшими наследственными недостатками не следует родниться с семьями, в которых встречаются те же недостатки. Они могут родниться со здоровыми семьями, но только если речь идёт о незначительных, а не о серьёзных наследственных недостатках. В общем наследственно здоровые должны заключать браки с наследственно здоровыми, а наследственно больные — с наследственно больными, потому что иначе может быть испорчен генофонд наследственно здоровых семей или могут родиться гетерозиготные, внешне «здоровые» дети, генетические недостатки которых будут скрыты. В результате браков наследственно здоровых с наследственно больными может сначала уменьшиться число внешне больных людей, но неполноценные задатки будут распространяться, потому что они будут проявляться позже (в результате браков между внешне «здоровыми» людьми с одинаковыми рецессивными задатками болезни), но их проявления в больном потомстве не избежать.

Обмен свидетельствами о здоровье перед обручением

Желателен обмен свидетельствами не только о здоровье обручённых, но и о наследственных качествах их семей. Было бы большим прогрессом, если бы до государственного постановления о таком обмене в уважающих себя и заботящихся о своем потомстве семьях распространился такой обычай. Попноу даже считает, что обычай был бы лучше, чем закон.

Уже древнеиндийские юристы требовали перед браком доказательств безупречных качеств и здоровья. Они требовали проверки мужчины на безупречность его физических признаков и способность к деторождению, а также на физическую силу, быстроту ходьбы и бега, четкость речи и т.п. Индийские законы наказывали родителей, которые скрывали недостатки своих дочерей. Непригодными к браку считались дочери из семей без мужских потомков, болезненные, чахоточные, прокажённые и эпилептические девушки, горбатые, рыжеволосые, лысые, карликового роста и чрезмерно волосатые и, наконец, болтливые.

Томас Мор в своей «Утопии» (1516) предлагал, чтобы юноша и девушка перед тем, как вступить в брак, показывались друг другу голыми, чтобы не скрывать своих физических недостатков. Кампанелла в «Городе Солнца» (1636 г.) требовал, чтобы молодые люди доказывали свою пригодность для брака и размножения физическими упражнениями. Важные соображения о пригодности к браку, отборе и наследственности можно найти в произведениях давно забытого Иоганна-Петера Франка, особенно в его «Системе совершенной медицинской полиции» (1788). Франк требовал, чтобы обрученные заверяли под присягой, что у них нет наследственных болезней, и чтобы государства стимулировали браки между людьми с хорошей наследственностью и запрещали браки людям с плохой наследственностью.

Запреты браков вводились на основании того мнения, что брак и создание семьи нельзя отнести к «правам человека». Поэтому либерализм яростно боролся против таких запретов. Веку либерализма были чужды и ненавистны мысли о наследственности, неравенстве задатков и отборе. Идея об отборе среди желающих вступить в брак снова возникла в Германии лишь в 1908 г. когда «Союз монистов» внёс в Рейхстаг законопроект о свидетельствах о пригодности к браку. Он обосновывался ссылками на успехи животноводства, но Рейхстаг отверг его, сочтя, что «человеководства» быть не может.

В 1911 г. Союз монистов организовал в Дрездене первую брачную консультацию. В США много таких консультаций было организовано в период с 1913 по 1929 г.

Международное Общество расовой гигиены с начала XX века постоянно напоминало о настоятельной необходимости введения свидетельств о пригодности к браку. В более узком кругу Немецкого общества расовой гигиены было решено, что такие медицинские свидетельства должны предоставляться до обручения. В 1914 г. это Общество потребовало ввести обязательный обмен свидетельствами о здоровье для пар, желающих вступить в брак. Официально эта мера была введена только в 1920 г., но она была половинчатой и запоздалой.

31 декабря 1931 г. был издан приказ по СС, согласно которому члены СС перед вступлением в брак проверялись на здоровую наследственность и принадлежность к нордической расе. Молодежный «Союз орлов и соколов» ввёл у себя в 1932 г. взаимный обмен свидетельствами о здоровье для обручённых.

После 1933 г. был принят Закон о защите потомства с перечнем особо тяжких наследственных заболеваний, носители которых подлежали стерилизации; Закон о безопасности, который лишал неполноценные и антиобщественные элементы возможности размножения, а также законы, запрещавшие браки и половые связи между немцами и евреями. Были введены также запреты на браки для людей с заразными болезнями, угрожающими другим людям или потомству, для лиц, взятых под опеку, для умственно неполноценных и, наконец, для тех, кто подпадает под Закон о предотвращении появления наследственно больных детей.

Эти законы отвергают либеральную идею о предоставлении права на брак кому ни попадя, поскольку это «право человека». Брак перестает быть частным делом двух лиц, он касается всего народа, и предков, и потомков.

Введения свидетельств о пригодности к браку требовали с начала XX века во многих странах Европы и Северной Америки. К началу XX века только в штате Мичиган был закон, который запрещал браки душевнобольным, слабоумным и венерикам. Английский евгеник Леонард Дарвин в своей книге «Необходимость евгенической реформы» (1926) тоже предлагал ввести брачные свидетельства.

Методы медицинских обследований, которые необходимо пройти, чтобы доказать свою пригодность к браку, описал Анри Винь (1931). В английской Палате лордов за введение закона о брачных свидетельствах высказался в ноябре 1934 г. лорд Килмейн.

В Германии в октябре 1935 г. был принят Закон о защите наследственного здоровья немецкого народа. По этому закону обручённые после медицинской консультации предоставляют свидетельство о том, что у них нет наследственных болезней, опасных для потомства, а также психических нарушений и заразных болезней. В Законе о предотвращении появления наследственно больных детей перечислены следующие болезни:

1) врожденное слабоумие; 2) шизофрения; 3) маниакально-депрессивный психоз; 4) наследственная пляска св. Витта;

6) наследственная слепота ; 7) наследственная глухота ; 8) тяжёлые физические уродства. Этот закон касается только самых тяжёлых наследственных дефектов, притом лишь тех, которые внешне проявляются в форме тяжелых болезней. Носителей задатков этих болезней, которые внешне выглядят здоровыми, данный закон не касается, равно как и ряда наследственных болезней, перенос предрасположенности к которым в здоровые семьи в результате брака нежелателен, так что этот закон — только начало.

Официальное свидетельство о пригодности к браку даёт лишь приблизительный обзор самых явных наследственных дефектов. Поэтому желательно, как советует Попноу, дополнить его обычаем обмениваться более подробными свидетельствами о здоровье и наследственности.

XIX век попал в тиски ламаркистского мышления, которое делало упор на влиянии среды и предполагало, что приобретенные признаки наследуются. Сегодня установлено, что этого не происходит, что возникновение и сохранение всех видов определяется наследственностью и отбором, а не средой. Человек тоже ничего не может добавить к своим наследственным задаткам. Овербери был прав: никто не может выбрать или изменить самого себя, но может путем выбора супружеской пары улучшить своё потомство. Изменения среды, от которых так много ждали «средовики» XIX века, могут быть благоприятными для отдельного человека, но они не могут вызвать улучшение вида. Подъём народа возможен только путем стимулирования размножения наследственно одарённых семей и воспрепятствования размножению наследственно бездарных людей, так что от выбора людьми супружеских пар будет зависеть, будут качества народа улучшаться или ухудшаться. Внешние условия могут быть благоприятными или нет для отдельного человека, могут возвысить одну семью на протяжении нескольких поколений, так что она будет казаться лучше, чем есть на самом деле, и наоборот. Но на протяжении двух-трех поколений выбор супружеских пар будет решающим для определения положения семьи. Внешние условия могут сделать народ на два-три поколения более здоровым, способным, честным и красивым, чем он есть по своим задаткам, но в дальней перспективе эти качества сохраняются только благодаря ориентированному на них выбору супружеских пар и многодетности здоровых, способных, честных и красивых семей. Таким образом, выбор супружеских пар и количество детей — решающие факторы для будущего семьи, а через неё- и для будущего народа. Мощь германского государства и величие немецкого духа, поставленные под угрозу начиная с XIX века в результате размножения неполноценных элементов, могут быть укреплены только в случае признания идеалом для отбора способного, благородного и красивого человека и многодетности семей, созданных и живущих в устремлении к этому идеалу.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *